evan_gcrm (evan_gcrm) wrote,
evan_gcrm
evan_gcrm

Category:

ШЛЯХОМ СУНЬ-ЦЗЫ . Часть №4

Оригинал взят у macbushin
image

ШЛЯХОМ СУНЬ-ЦЗЫ . Часть №1
ШЛЯХОМ СУНЬ-ЦЗЫ . Часть №2
ШЛЯХОМ СУНЬ-ЦЗЫ . Часть №3

«… В воздухе вдруг захолодело; они почувствовали близость Днепра. Вот он сверкает вдали и темною полосою отделился от горизонта. Он веял холодными волнами и расстилался ближе, ближе и, наконец, обхватил половину всей поверхности земли. Это было то место Днепра, где он, дотоле спертый порогами, брал наконец свое и шумел, как море, разлившись по воле; где брошенные в средину его острова вытесняли его еще далее из берегов и волны его стлались широко по земле, не встречая ни утесов, ни возвышений. Козаки сошли с коней своих, взошли на паром и чрез три часа плавания были уже у берегов острова Хортицы, где была тогда Сечь, так часто переменявшая свое жилище…

…Наконец они миновали предместие и увидели несколько разбросанных куреней, покрытых дерном или, по-татарски, войлоком. Иные уставлены были пушками. Нигде не видно было забора или тех низеньких домиков с навесами на низеньких деревянных столбиках, какие были в предместье. Небольшой вал и засека, не хранимые решительно никем, показывали страшную беспечность. Несколько дюжих запорожцев, лежавших с трубками в зубах на самой дороге, посмотрели на них довольно равнодушно и не сдвинулись с места. Тарас осторожно проехал с сыновьями между них, сказавши: «Здравствуйте, панове!» – «Здравствуйте и вы!» – отвечали запорожцы. Везде, по всему полю, живописными кучами пестрел народ. По смуглым лицам видно было, что все они были закалены в битвах, испробовали всяких невзгод. Так вот она, Сечь! Вот то гнездо, откуда вылетают все те гордые и крепкие, как львы! Вот откуда разливается воля и козачество на всю Украйну!...»


НЕГОГОЛЕВСКАЯ СЕЧЬ

Начинать, конечно же, нужно, с историографии. Т.е. описания того, как все историки до меня были не правы, а я – д’артаньян.
Благо, материал богатейший. И стартовать можно прямо с локации Сечи. Продемонстрировав, как титаны и олимпийцы сечеописания (не будем называть фамилий!), а вслед за ними и простые герои козаковедения, заблудились в лабиринте рек, речушек и проток Великого Луга.

image

Вот НЕПРАВИЛЬНАЯ карта:

image

Во-первых, река Подпольная впадала в реку Скарбную, а уже Скарбная – в Чертомлык. Во-вторых, река Чертомлык впадала в Днепр и имела рукав – реку Павлюк – который тоже впадал в Днепр.

А это, как вы понимаете, всё меняет!

Однако, идти обозначенным шляхом – всё равно, что на лыцаря натянуть селянскую вышиванку (ведь о шароварах я уже высказывался?!). На это я пойтить не могу!

Да и д’артаньян – Иван Сергеевич Стороженко (и вся ответственность опять на нём), а я - всего лишь скромный дюма.

Поэтому, мы познакомимся с кошерной версией, а кому нужны трефные – Google в помощь.

Начинать нужно с Главного Источника, повествующего о первой – Базавлуцкой – Сечи. С доклада Эриха Лясоты. Источник этот настолько заслуживает внимания, что я даже дам на него ссылку (правда, только в украиноязычном переводе).

Итак, «…добрались до острова Базавлук, который лежит при одном из днепровских рукавов – Чертомлыке, или, как они говорят - при Чертомлыцком Днеприще… Тут была в это время казацкая Сечь…».

Спустя 45 лет, Гийом ле Вассер де Боплан исчерпывающе описал, почему именно этот остров был выбран для расположения Сечи: «…Немного ниже реки Чертомлык, где-то посередине Днепра, лежит достаточно большой остров с какими-то руинами. Этот остров окружен 10 тысячами других островов и островков, раскиданных вдоль и поперек вполне хаотично, запутанно и неравномерно; одни из них сухие, другие – болотистые, к тому же все укрыты огромным, как копья, тростником, который мешает разглядеть притоки, которые их разделяют… Все эти острова весной затапливаются водой, лишь место, где находятся руины, остается сухим…»

Вот ПРАВИЛЬНАЯ карта:

image

Закономерен вопрос, почему Сечь так и не появилась на (уже знакомом нам) острове Томаковка? Вошедшее во все учебники утверждение о существовании Томаковской Сечи базируется исключительно на сообщении о путешествии Самуила Зборовского. Этот сюжет мы уже разобрали. Тем не менее, вопрос остается. Томаковка – крупнейший остров в архипелаге, к тому же именно он, вероятно, был координационным центром в период передислокации казачества на Низ и консолидации его в Войско. Но, когда стал вопрос о выборе места для столицы – выбор пал на Базавлук.

Причем, что любопытно, Хмельницкий ведь начал свою инсурекцию осенью 1647 года тоже с Томаковки. Именно там зимой он отбивал атаки реестровцев (пока они не перешли на его сторону). Но следующая – Чертомлыцкая – Сечь возникла в 1652 году неподалеку от Базавлука, а никак не на Томаковке.

image

Наверное, были какие-то стратегические соображения. Можно предположить, что главным аргументом послужило размещение Базавлука непосредственно на Днепре – главной транспортной артерии, в стороне от которой была расположена Томаковка.

Кстати, вы обратили внимание на использование слова «столица» по отношению к Базавлуцкой Сечи? Речь идет не о каком-то «символическом» значении, а самом что ни на есть приземленном. Есть несколько (не меньше шести) укрепленных пунктов – сечей, которые расположены на островах Великого Луга, на которых базируются землячества-коши. Кстати, татарское слово «кош» и означает «укрепленный лагерь». Коши консолидируются в Войско и строят единый организационный центр – Сечь. Т.е. Запорожье периода Базавлуцкой Сечи – это федерация (конфедерация?) кошей, делегирующих управленческие структуры (и функции) столице, но сохраняющих хозяйственные.

Причем, по крайней мере, один кош мы можем локализовать. Хмельницкий в марте 1648 года в письме коронному гетману Николаю Потоцкому, в частности, писал: «Дошло до нас известие о том, что, ваша милость, хочешь знать, с чьего наговора и совета Хмельницкий вступил в черкасскую сечь?. Уведомляю вашу милость, что все черкасцы и сотники дали на это согласие…». Писано это было на острове Томаковка, из чего мы можем сделать вывод, что именно на Томаковке располагалась «черкасская сечь». Доставшаяся Черкасскому реестровому полку в наследство от Черкасского коша.

В приказе самого Николая Потоцкого, который можно перефразировать в духе: «Хмельницкого взять живым или мертвым», адресованном каневскому полковнику и датированном февралем 1648 года, можно выделить фразу «…Поскольку вашей милости доверена запорожская резиденция…». Из чего можно (при желании) сделать вывод, что Каневскому реестровому полку принадлежала сечь на Никитином Роге.

Возможно, именно на этом основании возникла мистификация о существовании Никитинской Сечи, подкрепленная авторитетом казацкого летописца Самуила Величко. На самом деле на Никитином Роге была расположена казацкая застава, службу на которой вахтовым методом по очереди несли реестровые полки.

Несомненно, что такая точка зрения жителями Никополя будет воспринята, как покушение на святая святых, ибо в Никополе «на том самом месте» установлен памятник.

image

Но вернемся на полстолетия назад. Учитывая, что вся хозяйственная движуха запорожцев в 1590-1638 годах была сосредоточена в кошах, можно с горечью констатировать, что гоголевское описание околосечевой бизнес-активности с воспоследовавшим эпическим pogrom’ом, пролетает мимо цели. И целиком базируется на воспоминаниях о Подпольненской (Новой) Сечи 1734-1775 годов. У которой, действительно, рядом с цитаделью – Кошем - был торгово-ремесленный пригород, именуемый Гасан-Баша.

image

Базавлуцкая же Сечь могла выглядеть так:

image

Это сугубо абстрактная картинка, поскольку ни одного внятного описания не существует. Исходя же из наших предположений об устройстве Сечи, на острове Базавлук царила голая функциональность. Штабные и казарменные здания. И всё. Даже наличие храма можно поставить под сомнение, ибо его существование целиком базируется на находке не в меру романтичного письменныка Андриана Кащенко. В найденной на острове Базавлук яме с остатками битого кирпича он заподозрил остатки фундамента сечевой церкви.

А вот достоверное описание следующей – Чертомлыцкой (Старой) – Сечи, созданной Хмельницким в 1652 году на новом месте, в новых условиях, из новых людей и с новыми задачами, заставляет «много думать».

Ведь, помимо главных ворот, в укрепленном периметре было проделано восемь (!) калиток для выхода по воду к рекам Чертомлык и Скарбная. Над каждой из которых находилась амбразура. А внутри вала Сечь была разделена на восемь (!) секций, отделенных друг от друга тыном.

Какой вывод об устройстве Базавлуцкой Сечи мы можем сделать из этой информации? Кошей было не шесть, как мы предполагали первоначально (по количеству реестровых полков), а восемь. Это вывод номер раз.

А вывод номер два: это ж какой силой обладают традиции в замкнутых мужских коллективах! Хмельницкий, создавший вместо восьми кошей один Кош, разделил его на восемь частей.

Даже боюсь фантазировать на тему, как же выглядела фортификация Базавлуцкой Сечи! Во всяком случае, Эрих Лясота пишет: «… мы пошли в свои курени (которые они называют кошами), плетеные из хвороста и накрытые сверху конскими шкурами для защиты от дождя…». По крайней мере, мы узнали, что каждый кош имел свою территорию на Базавлуке. Любопытно, конечно, как в оригинале звучали названия помещений, которые переводчик назвал «куренями»? И соответствовало ли слово «кош» своему первоначальному татарскому значению?

Мне почему-то вспомнилась Апсала из «Этического инженера» Гарри Гаррисона.

А знаете, панове, чем больше продуктов грызения в виде гранитных крупинок оседает на дно соляриса под гулкими сводами моей черепной коробки, тем больше меня терзают смутные сомнения. А была ли Запорожская Сечь до 1652 года вообще?

Может организационно-управленческий центр Войска Запорожского ситуативно перемещался по кошам? Тогда будет понятной и подозрительная фраза из мемуара Эриха Лясоты «…тут была в это время казацкая Сечь…». И разрешится загадка некоторых подписей запорожских гетманов, где они указывают свое местопребывание, как «писано на реке Чертомлык». Из чего И.С.Стороженко делает предположение о наличии в треугольнике Днепра, Чертомлыка и Павлюка острова Чертомлык, который служил запасной базой Сечи. В то время, как основная пребывала на острове Базавлук. И более-менее развеется туман над островом Томаковка, на котором, как глухо бурмочут источники, в конце 1593 года татары кого-то (и что-то) уничтожили. Считается, что Томаковскую Сечь. Но мы ведь с вами в ее существование не веруем. Но нападение-то было. И запорожцы, согласно хрестоматийным представлениям, как-то подозрительно быстро и безболезненно перебрались на Базавлук. Где, с нашей точки зрения, Сечь существовала с 1590 года (а "острог" фиксируется еще в 1571 году). Следовательно, наиболее вероятна версия, что на Томаковке был один из кошей, на который и напали татары,

Понятно, что тут нужно всерьез погружаться в проблему (причем, в буквальном смысле, ибо пучина Каховского водохранилища поглотила ея) и именно поэтому я этого делать не буду. Но заноза-то в мозгу останется. В силу же душевной широты и интеллектуальной прямоты я её и вам имплантирую.

image

После поражения того, что в советско-украинской традиции принято именовать «казацко-крестьянским антифеодальным восстанием под предводительством Наливайко», казацкий статус резко пошатнулся. Как и водится в подобных случаях, победившая власть разобралась и наказала, кого попало. Кто попал под горячую руку, был репрессирован. А имущество конфисковано. На реестровцев была наложена баниция.

Но… Всякое bydlo ведь не баницируют. В принципе. Это шляхетское наказание.

Что-то меня постоянно уводит в сторону спекуляций на социальные темы. А цикл называется «Сечевое». Но, что можно о Сечи сочинить при таком-то количестве (и качестве) источников? Разве что пофэнтэзировать о характерниках и их сексуальных практиках.

А чем дальше на север, на волость, тем всё интереснее и интереснее. Один Семерий Наливайко чего стоит! Он ведь из бояр-клиентов Острожских и отряд у него был из военных слуг Острожских. И под Пяткой именно они запорожцев били. Но затем в дело вмешалась Ее Величество Большая Политика. Речи Посполитой хотелось и с турками не поссориться, и Габсбургам (у которых с Османами очередная война затевалась) потрафить. Вот тут-то и казаки пригодились. В Молдавии. Потому что дешево и сердито. Миссию Эриха Лясоты помните? И князь Острожский решил поучаствовать в деле Христовом (но потом отыграл назад). В общем, как всегда, Речь Посполитая żołdu не заплатила. Крайними оказались подольские, украинные и белорусские обыватели, на которых солдатня и отыгралась. Дошло до того, что пришлось вмешаться – впервые – регулярным (кварцяным) войскам. А разве не интересно (в географическо-демографическом плане), что отступать запорожцы и наливайковцы решили в «пустыни заднепровские». Куда, как они думали, клятые ляхи не сунутся. Но в урочище Солоница (это недалеко от Лубнов) были настигнуты.

Естественно, Сейм объявил казаков пердуэллес эт гостес патриае (военными преступниками и врагами Ojczyzny) и выписал распоряжение уничтожить их без остатка.

Но, нести пограничную службу без запорожцев было некому, в Молдавии затевалался очередной Хитрый План, затем началась война со Швецией, а там подошла и Смута в Российском царстве. В общем, без казаков никак. Казалось бы, всё, как всегда. Однако, это не так. После 1596 года навсегда разошлись пути-дорожки запорожского товарыства и магнатерии. Острожские, Вишневецкие и даже Ружинские из вожаков и надежного тыла превратились, в лучшем случае, в недружественный фактор, с которым нужно считаться. Та же пертурбация случилась и в отношениях с шляхтой. Для которой в XVI веке казакование было чем-то вроде рыцарских университетов и встретить среди запорожских старшин человека с именем вроде Флориан Гедройц было делом обычным. Хотя, конечно, «казакующий» католический епископ Иосиф Верещинский выглядел экзотикой. В XVII веке это был уже вызов обществу и нужны были веские основания, чтобы ступить на эту скользкую дорожку. Понятно, что, на самом деле, романтики тут было с гулькин нос, а рулили материальные интересы, но тем не менее…

Но возвернемся на Запорожье. На Низу вспыхнула маленькая гражданская война между «умеренными», возглавляемыми Тихоном Байбузой, и «ультра» во главе с Федором Полоусом. Но, как только пропела сурма, оставшиеся в живых дружно выбрали знаменитого Самойла Кошку гетманом и отправились в Прибалтику. Вот, кстати, и повод поговорить о запорожских походных подразделениях.

Согласно реестру 1601 года (в данном случае это – зарплатная ведомость) Войску Запорожскому за участие в первой кампании Инфлянтской войны было выплачено жалование (Jeszcze Polska nie zginęła!!!). Перечислим личный состав, в скобочках указывая размер żołdu в злотых.

Гетман (120), обозный (30), писарь (10), четыре полковника (по 30), восемь есаулов (по 26), двадцать сотников (по 15), 152 десятника (по 9), 16 знаменосцев, довбишей, сурмачей и трубачей (по 8), 1799 рядовых (по 7), 12 пушкарей (по 12), 20 фурманов (по 3). Пожалуй, самое любопытное то, что Войско Запорожское выступает тут в качестве отдельного воинского соединения.

Еще Эрих Лясота писал, что полковник у запорожцев – это «начальник над пятью сотнями воинов». Следовательно, с большой долей уверенности (подполковник Стороженко тому порукой!), можно построить следующую модель организационной структуры походной (тактической) команды Войска Запорожского.

«Из 1350 рядовых и 150 десятников сформировано три полка по 500 человек. Каждый полк делился на пять сотен и 50 десятков (по 10 десяток в сотне). Командный состав полкового уровня: полковник и два его заместителя-есаула, 5 сотников, 1 знаменосец (хорунжий), 1 сурмач (сигнальщик), 1 трубач, 1 довбиш (литаврщик).

Четвертый (гетманский) полк был сформирован из четырех сотен, которые не делились на десятки. Полковое командование: полковник, 2 есаула, 4 сотника, 1 знаменосец, 1 сурмач, 1 трубач, 1 довбиш.

Сотня артиллерийского обеспечения. Подчинялась обозному. Состав: сотник, два десятка охраны (с десятниками), 12 пушкарей, 20 фурманов и 31 рядовой обслуги».

И.С.Стороженко предположил, что гетманский полк был конным. Тогда непонятно, почему одинаковая плата с пехотинцами? Скорее всего, в наличии было, как и считал Грушевский, четыре полка пехоты по (приблизительно) 500 человек. Перед нами официальный документ, а уж как там запорожцы между собой пенёнзы делили – бог весть. Благо, в нашем распоряжении есть нарратив, который позволяет заподозрить, что не всё там так было гладко, как в денежной ведомости.

Шимон Старовольский в 1628 году писал (приведем обширный кусок, он того стоит): «Ранней весной каждый охочий до военной славы, снарядив челн и припас, едет Днепром до казацких островов, а там их вождь набирает войско из этих приходней. Пригодных говорит писарю вписать в реестр, а непригодных отправляет додому, забрав принесенные ими припасы. Принятых раздает под власть десятников (атаманов): их они слушают, пока не сменят свое занятие или положение. Гетман выбирается между них и остается на уряде, пока фортуна служит… Не берут в этом участия, так как и в некоторых других совещаниях, новики (новобранцы) – аж до трех лет. За это время они исполняют роль слуг и когда накосячат (nabrojąt), выносят от своих атаманов тяжкие кары. Таких новиков атаман, кроме девяти старых воинов, имеет под собой тридцать, а иногда и пятьдесят, и ними распоряжается как их полный хозяин, особенно в битвах, когда кто сбежит с поля боя, то не смеет вернуться – покарают на смерть… На зиму гетман, возвращаясь додому, оставляет на каждом острове по 500 людей – стеречь место, пушки и всякий военный припас. Там в хижинах, плетеных из тростника, покрытых корой деревьев, ждут они возвращения гетмана и товарищей. И те, которые несколько лет переносили тут холод и голод, для общего блага оставаясь на страже, считаюся славнейшими среди них…».

Усомнимся в наличии 30-50 салаг на десяток. Старовольский писал это в 1628 году, когда показачивание волости уже практически завершилось и Войско Запорожское могло мобилизовать в случае необходимости десятки тысяч людей. Вот тогда, да, такая картина могла иметь место (принцип рейхсвера). Но в конце XVI – начале XVII века да на самой Сечи? Чем их там кормить? Ну, три-пять на десяток (их называли «джурами»), для КМБ и использования на хозяйственных работах.

image

Кстати, каждый десяток просто обязан был иметь воз (а еще лучше - два). Для припасов, для добычи и чтобы табор выстроить. Кто управлял подводой? В ведомости сие не отражено. Вот какой-нибудь салабон вожжи и держал. Набирался казацкого опыта. Но по ведомостям не проходил.

Откуда взялось это магическое число – 500? Припомним, что по второй – Баториевой – казацкой реформе, формировалась рота в 500 казаков. А в королевской «Ординации» 1590 года (она же – третья казацкая реформа) упоминаются начальствующие: «ротмистры и сотники». Эрих Лясота же, как уже было сказано, зафиксировал в 1594 году полковника – командира над 500 казаками. Ротмистр не прижился. Видимо, шел взаимный процесс. Сверху – организационного оформления больших казацких контингентов. И снизу – консолидация ватаг (десяток) во главе с атаманами (десятниками) в сотни. Хотя не забудем, что на Ливонской войне казацкая рота состояла из сотни, а казацкий ротмистр, соответственно, был сотником.

Было бы заманчиво сказать, что каждый кош (а их, напомним, было восемь) выставлял походный полк. Но это далеко не так. Кош – военно-хозяйственная структура и далеко не факт, что в его составе количество «боевиков» превышало количество «тыловиков». Ведь кто-то должен был ловить рыбу, бить зверя, пасти табуны, стада и отары, изготовлять продукты длительного хранения, пригодные для похода, работать кузнецами, плотниками, столярами, возчиками, конюхами и т.д, и т.п.). И это плюс к джурам, зарабатывающим казацкий стаж.

Т.е. сотня – основное тактическое подразделение. Каждый кош мог выставить пару-тройку сотен профессионалов с сотниками и атаманами (десятниками).

Единовременно на Запорожье не могло находиться слишком большое количество людей. Скажем, Лясота насчитал три тысячи. Из которых 1300 ходили в морской поход, 400 несли сторожевую службу, остальные – разбросаны по Великому Лугу. Пара-тройка тысяч, прошедших запорожскую школу, могла находиться на волости. В письме императору Священной Римской империи запорожцы утверждали, что «старых казаков, выбранных людей» у них – 6 тысяч, не считая потенциальных кандидатов «в пограничных краях».

Эта цифра находит подтверждение тем образом, что во время движений Косинского и Наливайко (назовем это так) запорожские отряды, действовавшие на волости, насчитывали до пяти тысяч человек. Включая и реестровиков.

В декабре 1618 года, после Московского похода, во время которого запорожцы сделали себе громкий промоушн, полк в составе 602 человек во главе со Жданом Коншиным завербовался на московскую службу. Согласно зарплатным ведомостям, в полку числились: полковник – 1 шт., есаул – 1, писарь – 1, атаман – 1, хорунжий – 1, сотников – 6, десятников – 51, рядовых – 540. Особенностью именно этого полка было то, что командиры (есаул, писарь, атаман и все сотники) имели собственные десятки, а полковник – два. Т.е. основная тенденция развития запорожских организационных структур полкового уровня та же.

Во время Тридцатилетней войны (в 1635-1636 годах) под знаменами Габсбургов сражалась сечевая походная команда в составе одной тысячи казаков (т.е. два полка), поделенная на 4 хоругви. Возможно, что на родине сечевой полк тоже, в целях повышения маневренности, мог разделяться на две части, которые возглавляли два есаула полкового уровня.

Самое же важное то, что если сечевые полки участвовали в кампании самостоятельно, то из них формировалась походная сечевая команда. Эта традиция сохранялась еще в XVIII веке. Вероятно, именно такая сечевая команда стала прообразом реестрового территориального полка на волости.

Таким образом, в XVII столетие – век своего триумфа – днепровское казачество вступало, имея военную организацию – Войско Запорожское с выборным гетманом во главе, четкую походную структуру: походные полки, сотни и десятки (во главе с выборными полковниками, сотниками и атаманами), Пункт Постоянной Дислокации в виде Сечи на острове Базавлук (имевший кадрированное устройство) и хозяйственную базу – Запорожье, представлявшую федерацию восьми административно-хозяйственных частей – кошей (во главе с кошевыми). И огромное желание занять достойное место в сословной иерархии Речи Посполитой, раззадоренное опытом реестра.

На протяжении первой четверти XVII века происходит «бросок на север». Войско Запорожское совершает то, что, некоторые современные украинские историки обозначают эвфемизмом «овладение волостью».

Tags: Запорожье, История, Украина
Subscribe
promo evan_gcrm march 28, 2018 19:35 141
Buy for 30 tokens
Основополагающим элементом, основным двигателем всей жизни, является репликатор. Скопированная информация - это и есть «репликатор». На Земле первый репликатор довольно бесспорный - это гены, или информация, закодированная в молекулах ДНК. Точнее это первый репликатор, о котором мы знаем.…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments