evan_gcrm (evan_gcrm) wrote,
evan_gcrm
evan_gcrm

Казацкое. Часть №1

Оригинал взят у macbushin
image

ШЛЯХОМ СУНЬ-ЦЗЫ . Часть №5

Для начала просветимся мудростию Рене Декарта: «Люди избавились бы от половины своих неприятностей, если бы смогли договориться о значении слов».

Вот, с разговора о значении ключевых слов в околосечевом дискурсе и начнем.



ТРОПОЮ КАРТЕЗИУСА




Днепровское казачество – совокупность казачьих сообществ, выросших из ватаги днепровских пиратов конца XV века и оперировавших в XVI-XVIII столетиях в юго-западной части Восточной Европы. В процессе дальнейшей эволюции днепровское казачество разделилось на четыре (вполне независимые) ветви: правобережное, малороссийское (левобережное), сечевое (низовское) и слободское казачества. Аналогичными по генезису, хотя, конечно, несопоставимыми по организации, численности и роли в истории, были казачества волжское, донское, терское и яицкое.

Войско Запорожское – военно-административная и сословная структура, аналогичная Войску Донскому, Войску Терскому и Войску Яицкому.

Интереснейшую тему соотношения слова «Войско» понятию «Орда» мы пока отставим в сторону (на будущее).

Войско – это стадия консолидации казачьих сообществ, демонстрирующая высокую степень развития их внутреннего потенциала, показатель превращения конгломератов ватаг добытчиков в устойчивую организацию с четкой командной вертикалью и территориальной структурой.

Днепровские казаки дорастают до стадии Войска в 1580-е годы, донские – в 1590-е, яицкие - в 1630-е и терские - в 1640-е. А вот волжское казачество до стадии Войска так и не доросло и растворилось «аки обры».

Различия в развитии, в первую очередь, административно-территориальной структуры Войск, обуславливалась их географическим расположением. Ярко выраженная анклавность прежде всего яицких и терских казаков привели к тому, что соответствующие Войска сразу покрывали весь ареал расселения казачьего контингента.

На Дону первыми оформились в Войско низовые казаки, а верховые вошли в войсковую структуру в середине 1610 годов. Если вплоть до 1613 года в московских документах встречается исключительно интитуляция в духе «Войско низовое» и «донские низовые атаманы…», то с 1614 года появляется «все атаманы и казаки, и все Войско от Низу до Верху», «Войско нижних и верхних юрт». С 1617 года - «всем атаманам и казакам, и всему великому Войску Донскому».

Самая же запутанная ситуация получилась с Войском Запорожским в силу даже не близости, а прямого нахождения на фронтире Речи Посполитой – с одной стороны. А с другой - экстерриториальности (слово «анклавность» тут явно не подходит из-за сезонного характера использования) основной базы. Оперативная база днепровского казачества находилась за порогами Днепра в плавнях Великого Луга глубоко в Диком Поле. И сыграла ключевую роль прежде всего в символическом самоосознании днепровских казаков. Включая и название – «запорожские казаки» и «Запорожское Войско».

И дело даже не в появлении деления на городовых и низовских казаков, реестровцев и выпищиков, которое носило довольно-таки условный и ситуативный характер. Фортуна – дама амбивалентная. Загогулина как раз в организационной неразделенности этих территориально разделенных структур. Какие бы конфликты не вспыхивали в первой половине XVII века между потомственными и домовитыми казаками в законе в реестре с одной стороны и вчера показачившейся сечевой голытьбой с другой, Войско Запорожское представлялось общей оболочкой и для Запорожья, и для волости (так казаки называли территорию своего "кормления").

С юридической же точки зрения Его Королевской Милости Войско Запорожское 1620-х – 1640-х территориально выглядело так (выделено зеленой линией). А в Великом Луге располагалась НВФ "Сечь".

сечь
И проблема заключалась как раз в том, что любой благополучный реестровец постоянно помнил, что если Фортуна повернется к нему … в общем, неприглядной стороной (хотя, какая сторона у женщины более приглядна – это более чем дискуссионный вопрос), он всегда уйдет на Сечь. А если всё будет ОК, то отправит на Сечь сыновей – проходить «мои университеты», как он сам в юности проходил.

А селянский парубок, сбежавший на Сечь, отбывая положенный срок в джурах (такая специфическая форма дедовщины) мечтал, как станет справжним козаком, отпустит оселедец, отличится в походах, наберет добычи и, в конце концов, будучи записанным в реестр, станет уважаемым человеком.

И когда в 1638 году (после очередной попытки днепровских казаков заявить правительству о своих лыцарских правах, более известной как восстание Остряницы) Сечь была ликвидирована, а реестровые казаки загнаны в жесткие рамки «Ординации Войска Запорожского», «сообщающиеся сосуды» были «закупорены». И десять лет польское правительство, магнаты и шляхта наслаждались злотым спокоем, реестровые казаки копили обиды, а селянские парубки маялись от нерастраченной гиперсексуальности пассионарности.

Закончилось всё бадабумом 1648 года.

В 1648 году произошел фазовый переход, до которого ни одно другое казачье Войско так и не доросло. Превращение военно-административной и сословной структуры в структуру политическую. А уже потом военно-административную и сословную. Захватив Украину, Заднепровье и Малую Русь Войско Запорожское превратилось в государственность. Де-факто. А после заключения Зборовского мирного договора и де-юре. Территория этого государственного образования выглядела теперь так

сечь 2
Все дальнейшие перипетии существования этого автономного государственного образования: изменения территории, смены сюзеренов, одновременное сосуществование (точнее, взаимная резня) сразу трех государственностей с названием Войско Запорожское, и так вплоть до окончательной ликвидации в 1781 году – уже не входят в сферу нашего интереса.

Резюмируем. Итак, следует помнить, что Войско Запорожское не тождественно понятияю «Запорожская Сечь», это раз. Войско Запорожское до 1648 года и Войско Запорожское после 1648 года (и организационно, и территориально) – это две большие разницы. Это два. И, наконец, три. В ходе превращения Войска Запорожского в государственность таки была отсепарирована Запорожская Сечь и белое пятно на карте все явственнее и явственнее стало приобретать контуры Вольностей Войска Запорожского.

Вольности Войска Запорожского - степная широтная полоса от днепровских порогов  на запад до Южного Буга и  на восток до Северского Донца и Кальмиуса. Правда, в момент, когда появился сам термин «Вольности», ни о каких межевых ограничениях речь вообще не шла. В 1576 году король Стефан Баторий пожаловал запорожцам земли с угодьями. Подлинник этой грамоты не сохранился, но в пересказе казацкого летописца Григория Грабянки дело выглядит так: «Надает его королевское величество козакам низовым запорожским вечно город Терехтемиров с монастырем и перевозом, опричь складового старинного их запорожского города, Чигирина, и от того города Терехтемирова на низ по-над Днепром рекою до самого Чигирина и запорожских степей, к землям чигиринским подошедших, со всеми на тех землях насаженными местечками, селами, хуторами, рыбними по тому берегу в Днепре ловлями и иными угодии, а вширь от Днепра на степь, доколе тех местечек, сел и хуторов земли издавна находились».

Т.е. речь идет о даровании земель в районе Чигирина, чье освоение уже шло полным ходом, и неких безразмерных территорий «вширь от Днепра на степь», куда казаки ходили на хозяйственные промыслы и пошукать хліба козацького.

Первые межевые ориентиры (ну, как ориентиры, в духе послания крымского хана Менгли-Герая I Великому князю Литовскому Александру: «Это земля и не твоя, и не моя, а Божья»), так вот первые ориентиры появляются в универсале, пожалованном Богданом Хмельницким низовикам в 1655 году (чья подлинность вызывает еще большие сомнения, чем грамота Стефана Батория). «…с землями вверх Днепра по речку Орель, а вниз до самых степей ногайских и крымских, а через Днепр и лиманы Днепровские и Буговые, как из веков бывало, по очаковские улусы, и вверх реки Буга по реку Синюха, от Самарских же земель через степь до самой реки Дону…».

Как бы там ни было, а по Бучацкому мирному договору 1672 года между Османской империей и Речью Посполитой, по которому поляки отдавали османам Подолию и Украину, пограничной чертой владений Сечи была обозначена река Синюха. Так появилась западная граница Вольностей Войска Запорожского, оставшись таковою и по Карловицкому договору 1699 года, когда Речь Посполитая вернула себе Подолию и Украину.

Никакой определенности в деле остального межевания не внесли ни Бахчисарайский мирный договор 1681 года между Российским царством и Оттоманской Портой, ни «Вечный мир» между Речью Посполитой и Российским царством 1686 года.

Зато в 1687 году началось сутяжничество (периодически переходящее в свары с мордобоем) между сечевиками и малороссийскими казаками Полтавского полка за местность между Орелью и Самарой. Разбиравшие дело гетманские канцеляристы требовали от низовиков подлинников королевских грамот и гетманских универсалов, а кошевые грамотеи аппелировали к тому, что мамой клянутся «изстари» владели этими землями.

Первый вменяемый южный кордон (с ногайско-крымскими владениями) был проведен лишь в 1705 году в «Межевой записи» (по итогам Азовских походов). По тем временам невероятно четкий. На правом берегу Днепра: «Початок границ от польских концов, где польская граница скончилась, вниз рекою Бугом ... до Ташлыка, который называется по-турецки Великій-Конар, и от Великаго-Конара полем через Еланец, который по-турецки называется Енгулою, где впадает Великій - Ингул, а потом перешедши Великій-Ингул, полем до речки Висуни, а Висунь поперек перешед, полем до Малаго-Ингульца, а перешед Малый-Ингулец через брод Бекеневскій ... а от того броду полем прямо до устья речки Каменки, где оная впадает в Днепр...». На левом берегу Днепра: «... река же Конския воды даже до впадения в Днепр вместо знаков граничных утверждена… И потому начало границ есть от вершины реки Конских вод, а конец у новаго города, который при впадении реки Міюс в Азовское море состоит… между помянутыми реками к полуденной стороне вся земля осталась к оттоманскому империю; с полуночной же стороны вся земля всероссийскому империю…».

В общем, южная граница земель, контролируемых запорожцами, проходила (если по прямой) на правом берегу Днепра - от современного Никополя до Первомайска, а на левом берегу – от Запорожья до Таганрога.

В 1711 году в результате неудачного Прутского похода Петр I подписывает Прутское соглашение, условия которого подтвердил Константинопольский мирный договор 1712 года. Новая граница России и Турции на левом берегу Днепра проходила теперь по реке Орель (для тех, кто слабо ориентируется в географии – это нынешняя межа Полтавской и Днепропетровской областей). На правом берегу Днепра граница османских владений с Речью Посполитой прошла по верховьям рек Ирклея, Ингулец, Ингул, по Синюхе до Буга (нынешняя межа Черкасской и Кировоградской областей). Запорожцы (после перехода на сторону шведов в 1709 году и Полтавской битвы бежавшие в пределы Османской империи) становились вассалами крымского хана, им возвращались их земли, но запрещалось заводить на них оседлые поселения.

По результатам русско-турецкой войны 1736-1739 годов был подписан Белградский мирный договор, дополненный «инструментом» 1740 года, по которому русско-турецкая граница вернулась примерно к положению 1705 года (с российским приращением на берегу Азовского моря в районе современного Бердянска). Сечевики, не ужившись с татарами, еще в 1734 году запросилось обратно в российское подданство. Каковое ему и было предоставлено с правом пользования отвоеванными у Османской Порты землями.

Поскольку на дворе уже стоял Век Просвещения, то между запорожскими и донскими казаками незамедлительно началась судебная пря по поводу границы (осложняемая взаимными грабежами, разбоями и даже смертоубивствами). Эпичного характера, вроде тяжбы с Полтавским полком (всё тянувшейся и тянувшейся) она не приобрела и в 1746 году указом императрицы кордоном двух казачьих Войск стала река Кальмиус.

Подытоживая. Вопрос межевания Вольностей Войска Запорожского представляет несомненно огромный интерес (для персонажей вроде автора). Для всех остальных вполне достаточным будет запомниь всего два предложения:

1.Вольности Войска Запорожского – это степная широтная полоса от днепровских порогов  на запад до Южного Буга и  на восток до Северского Донца и Кальмиуса.

2.Тут до середины XVIII века оседлого населения вообще не было.

3.Территория использовалась для отхожих промыслов и поиска хліба козацького.

Относительно массовое земледельческое освоение степей начинается лишь в 60-х годах XVIII века. Несечевое население Вольностей Запорожских было распределено крайне неравномерно. Основная его часть концентрировалась в северной части Вольностей вдоль Днепра: в восточной части Кодацкой паланки (на правом берегу Днепра), в Орельской и западной части Самарской паланок (на левом берегу Днепра). На остальной территории Запорожья имелись лишь отдельные зимовники либо вообще незаселенные земли, используемые для сезонных промыслов.



Tags: Запорожье, История, Украина
Subscribe
promo evan_gcrm march 28, 2018 19:35 141
Buy for 30 tokens
Основополагающим элементом, основным двигателем всей жизни, является репликатор. Скопированная информация - это и есть «репликатор». На Земле первый репликатор довольно бесспорный - это гены, или информация, закодированная в молекулах ДНК. Точнее это первый репликатор, о котором мы знаем.…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments