evan_gcrm (evan_gcrm) wrote,
evan_gcrm
evan_gcrm

Тайна вечной жизни. Часть №1

Источник: ms1970


Цикличность

Любое знание должно иметь практический смысл. История сегодня представляется наукой о прошлом. Но смысл истории - это извлечение опыта из ошибок. Смысл в изучении истории есть тогда, когда она представляется циклической. Только в этом случае в прошлом можно видеть будущее, а не набор анекдотов. Только в этом случае история становится наукой о будущем, достойной изучения.

Доказывать существование цикличности и просто, и тяжело: все прежние цивилизационные циклы закончились. Если закончились десятки циклов, то один, наш, не первый и не последний, не может быть аргументом против. Но существует множество людей, которые даже поняв, что неправы, все равно будут так или иначе отстаивать точку зрения, что циклов нет. И у некоторых людей, конкретных людей, циклов действительно нет, потому что с окончанием цивилизации от них не останется ничего. И никого. Здесь даже не дискомфорт - здесь присутствует космический холод небытия. И спорить с этими людьми бесполезно, ибо в своей системе координат они правы.


Земля круглая, но кажется она плоской. Происходит это потому, что радиус скругления настолько велик в каждой точке, что собственно скругления незаметно. Но оно присутствует, хотя в большинстве человеческих задач не учитывается. Например, совсем не обязательно знать о круглой земле при строительстве самолетов, – какой бы она ни была, самолеты строились и летали бы одинаково. Точно так же нет смысла учитывать исторические циклы в решении повседневных задач. Но решение повседневных задач было бы не точным, если бы не учитывалась постоянная, взятая из текущего цикла; эта постоянная незаметна и обычно сливается со средой; она может не измениться в течение века, но изменяется в течение веков, что приводит к непониманию идей вековой давности.

На примере некоторых стран можно заметить историческую линейность; циклов вроде бы и нет. Эти страны, например, Америка или Австралия, образовались в относительно недавние сроки – и потому в их истории цикличности не наблюдается. Здесь срабатывает вышеприведенная ситуация с самолетом и круглой землей; циклы присутствуют в любом случае, просто они пока еще не заметны.

Линейные проявления истории существуют – например, линией представляется накопление научного опыта. Разница видится в том, что связанные с биологической природой человека проявления деятельности цикличны, а небиологические – обычно нет. Эволюция линейна; преемственность поколений линейна. Но опять, исходя из задачи – человечество никогда не решит линейных эволюционных задач. Этот срок слишком велик. Но в каждой временной точке можно найти и доказанный цикл, и доказанную прямолинейность. Цикл обычно ярче и в решении практических задач важнее.

История во взлетах и падениях народов циклична. «Все-таки она вертится», и поскольку это так, то снова, рано или поздно, все приходит к своему завершению, одновременно тяготеющему к началу. Подобных начал и концов в человеческой памяти собраны десятки, если не сотни. С подобным нельзя не согласиться, но так или иначе массовое сознание не принимает этот факт. Это знают специалисты, это знает любой человек, мало-мальски знакомый с историей, но возникает чувство, что истина, известная каждому индивидуально, в массе становится тайным знанием. Собравшись вместе, люди представляют историю прямой линией. Или упускают из виду цикличность.

Подобное состояние дел не могло не потребовать логичного объяснения. Так или иначе приходится подходить к тому, что в осмыслении цикличности истории роль большую, чем научные данные, играет психологический фактор. Психологически человек противится цикличности. И поскольку это присутствует у самых разных людей, это нельзя приписать влиянию образования. Существуют причины более глубокие, и чем они глубже, тем ближе они к психологии и биологии.

Имеет место подсознательное неприятие цикличности. Вплоть до того, что человек стремится защитить свой иллюзорный мир, сиюминутный мир, от всяких подобных информационных вторжений. Жить на круглой земле не только опасно, поскольку с нее можно упасть, но и психологически дискомфортно. Жить на одном из участков истории, обреченных на завершение, скорее всего, столь же неприятно. А жить в системе циклов, вложенных друг в друга, как матрешки, еще хуже.

Неприятие цикличности и неприятие истины смыкаются. Четыре сотни лет люди ищут «потерянные колена Израилевы». Сто лет как известно, что стены ассирийской Ниневии были полностью обиты человеческой кожей. Но только совсем недавно было высказано предположение, что «колена» пошли не куда-то, а на что-то... Но все равно кто-то будет эти колена искать, не удовлетворившись «дискомфортностью» этого элементарного объяснения, искать из подсознательного чувства восстановления комфорта, а не из-за стремления к истине.

Цикличность истории, бывшая постулатом для древних людей, впервые была описана в Древнем Египте. Ее боялись, ей приносили жертвоприношения все древнеиндейские цивилизации. Знали о ней и в древней Иудее, но как и в современном обществе, не принимали всерьез. Для современной цивилизации ее открыл Джамбаттиста Вико во времена итальянского возрождения. Далее к этой теме вернулся Шпенглер, далее – Тойнби, экономически ее развил Кондратьев, а последним о ней написал Гумилев. Тенденция прослеживается в убывании «размера» цивилизации: если древние говорили о целом мире, то современные мыслители ограничивались цивилизациями локальными или просто нациями. И в общем это верно: если абстрагироваться от человеческого шовинизма, эволюционируют исключительно популяции-нации, и других групп эволюции не известно.

Цикличность и прогнозирование с помощью прошлых циклов будущих состояний - весьма древнее знание. Как говорилось ранее, большинство народов древности рассматривали свою историю как цикл, имеющий начало и завершение. Соответственно и первая работа появилась в эпоху возрождения - это циклическая схема национального развития Джамбаттисты Вико. Вторая, уже общеизвестная работа - "Закат Европы" Шпенглера. Но эти работы комментировали циклы, не раскрывая их причин. Так что за 400 лет от Вико до Шпенглера в этом направлении не продвинулись ни на миллиметр. (Таблица 1)
Первым сделал попытку Тойнби. Теория вызова построена как модель изменения активности нации под влиянием изменения природных или социальных условий. Задается изначальный толчок, нация, реагируя на него, отвечая на этот вызов, усложняет свою структуру, а усложненная структура автоматически тяготеет к дальнейшему усложнению. Усложнение структуры одной нации, в свою очередь, является вызовом для других наций, и их развитие – результат конкуренции. Отчасти это верно, как может быть верным совпадение. Вызовов может быть слишком много, и не на каждый вызов нации рождаются, и не каждый вызов нации переживают. Не объяснено, почему одни нации на вызов могут ответить, а другие не могут и погибают; но ведь причины ответа – это главное в силу собственно причинности.

Вторую концепцию создал Гумилев. Хотя ей уже полсотни лет, она до сих пор считается в России альтернативной, у историков – «сказочной», а на Западе - иностранной и потому не существующей. По его концепции, под влиянием неизвестных космических излучений на земле у живущих в пределах зоны поражения народов происходит микромутация, приводящая к появлению людей с параметром «пассионарности» - противоположности инстинкту. Активность этих людей приводит к первичному «толчку», первым следствием которого является появление наций. Т.е. по сути Гумилев заменил «вызов» Тойнби на космический фактор; все остальное – то же самое.

Если бы Гумилев написал о колебаниях национального качества, он бы не вышел из тюрьмы, и о нем бы даже не вспомнили. Пассионарность – это неизвестный фактор, которого нет и не может быть. Так что неизвестно – то ли Гумилев оперировал неизвестной переменной, то ли он так зашифровал свою работу. Уже никто не узнает, было это первое или второе. Но у самого Гумилева есть намеки, что он пользовался "алгебраическими решениями для арифметических задач". Скорее всего, он подозревал и о "тригонометрических решениях" - с помощью концепции колебания биологического качества. Пассионарность заменяется биологическим качеством без изменения концепции. А в основе циклов лежат не арифметика, не алгебра, а именно тригонометрические функции колебаний. Можно попытаться решить «задачу Гумилева» в два действия. Первым делом слово «пассионарность» по всему тексту заменяется на «компонент Х». После чего подбирается другое слово, которое не нарушало бы канву текста. Решение: биологическое качество.

Биологический цикл смены поколений лежит в основе всей жизни на земле. И от этого цикла можно вывести тот же глобальный закон цикличности – только на этот раз снизу, а не сверху, как в случае с цивилизациями и прочими большими и потому заметными системами. В качестве основного подхода еще не предлагались биологические принципы в решении вопросов цикличности истории.

В результате - не просто циклы, а фрактальные циклы - т.е. в больших циклах существуют циклы маленькие, маленькие в общем повторяют большие, и число маленьких неизвестно. Дат для циклов установить невозможно, прогнозировать длину циклов тоже невозможно. Можно знать только большой цикл и малый цикл, в которых нация находится в настоящее время и в каких она находилась в прошлом. Дат установить нельзя, но создавать прогнозы без дат или с приблизительными датами вполне реально.

Сейчас можно сказать: цикличны все проявления человеческой деятельности. Циклы есть у цивилизаций глобальных, претендующих на название «общечеловеческих», у цивилизаций локальных, у наций и у внутринациональных групп. Особенно они заметны у империй, создающих цивилизации.

Не только в истории это было замечено, но во всех областях человеческой и природной деятельности - чем больше и сложнее система, тем более она предсказуема. Работы Шпенглера и Гумилева оперируют сверхнациональными системами циклов - но так случилось в силу недостаточного развития биологии в их время.

В основе цикличности лежат социально-биологические процессы. Точнее, биологическо-социальные, но это слишком сложно выговаривать. Человек не прогрессировал биологически десятки тысяч, если не миллион лет. Отсутствие прогресса неизбежно приводит к цикличности по кругу. И только передача знаний по наследству приводит к цикличности по спирали – каждый раз на несколько более высоком уровне.

Состояние национальных систем по большинству параметров является усредненным результатом суммарного качества членов наций. А сами системы взаимодействуют по принципу маятников – качественные параметры идут то вверх, то вниз, и если говорится, что достигнут недостижимый ранее максимум развития, то скорее всего маятник находится в верхней точке, из которой возможно только падение. Во взаимодействиях между народами получается так, что качественные наступают, менее качественные – отступают.

Цикличность, в свою очередь, тоже должна быть чем-то обусловлена. Должна существовать первофункция, на гребне которой цивилизации поднимаются и падают. Эта цикличность не может быть политической – ибо существовала она до возникновения политики. Столь же не может быть она экономической – так как даже примитивные сообщества ей подвержены. Она может быть только биологической – поскольку только из биологии можно вывести настолько глобальные колебания, что им подвержены все аспекты человеческого существования.

Теория цикличности не будет опровергнута, но она никогда не встретит массового понимания. Во всяком случае, понимания западной или российской цивилизаций. Не только потому, что цивилизация в своих пределах представляет себя линией, направленной в бесконечность. Скорее всего просто в силу своего дискомфорта.
Нормальное человеческое массовое восприятие ситуации на самом деле оказывается восприятием производной этой ситуации. Современный человек не чувствует цикличности истории. Он, возможно, даже имеет о ней представление, но не ощущает ее психологически. В результате любое глобальное явление воспринимается как идущее к абсолюту, как развивающееся по прямой. Например, начиная с момента появления американская нация развивается по прямой. Это как раз и создает иллюзию прямолинейности истории.

Есть циклы, и, значит, начала и концы. Апокалиптика фактически точно установила, что конец света - это не очень больно; а если и больно, то не очень долго. К тому же концов света может быть много. Реально конец цивилизации - это целая эпоха. Шпенглер и Гумилев определили ее длину в 200 лет кошмара - солдатских императоров, бесполезных войн, варваров и вырождения нравственного и интеллектуального. Но в биологии нет такого цикла - 200 лет. Есть период вырождения - но он может составлять и 5, и 20 поколений. Его можно с достаточной степенью точности прогнозировать для разных народов. Но его нельзя остановить и в нем приходится жить. Чтобы жить нормально, нужно знать правила конкретной жизни.
Эта информация - о правилах - запрашивается, она нужна, и не всегда только из любопытства. Люди очень разные существа, и если в ком-то просто существует достаточная любознательность, то для кого-то эта информация может стать практической. Цивилизация обречена с момента создания. Но есть отдельные экземпляры, желающие эту цивилизацию сознательно пережить. Ведь почти каждую цивилизацию переживали определенные избранные, наследниками которых являются в том числе и ныне живущие. Волюнтаризм против гибели цивилизации – почему бы и нет? Тем более что материальное наследие погибшей цивилизации обычно оказывается очень даже привлекательным.



Теория катастроф

Можно сказать, что ХХ век - время собирания информации. Век закончился - информация собрана. Ничего значительного найдено уже не будет. Собраны описания строений, исторические факты, мифы - все уже есть. Осталось только свести все собранное в систему.

Большинство книг по нераспознанным явлениям представляют собой книги загадок. Загадка ставится, загадка обсуждается, но не остается ничего, кроме фактов подтверждения существования самой загадки. Пока что торжествует один и тот же принцип организации материала: нашли артефакт и устроили вокруг него ритуальную пляску. Получается весело, легко и непонятно – можно и новую книжку писать. Артефакты существуют, но выглядят неубедительно, поскольку под них не подведена целостная концепция. Сооружение с самыми большими плитами в мире, в современном мире в том числе - Баальбекская терраса - вообще не имеет отношения к истории; ни к официальной, ни к альтернативной. Его в исторических концепциях просто не существует. Так получается только потому, что это сооружение не имеет концепции окружающего мира, в котором оно было создано.

Книги строятся по принципу: «компиляция плюс идея». Артефактов мало, а идей много. Так что эта книга будет построена по принципу «идея плюс компиляция». Идея - это принцип существования человека по биологическим правилам. Компиляция - рассмотрение ситуаций, когда эти правила нарушались. А из артефактов будут взяты те, которые можно потрогать руками. И тогда, когда будет создана целая концепция мирового развития, задача расшифровки загадок и артефактов решится сама собой. Добавив к разного рода исследованиям на базе истории, археологии и астрономии биологию, можно получить книгу разгадок и прогнозов.

Часто говорится о том, что делами должны заниматься соответствующие специалисты. Можно рассмотреть это на примере археологии – но рассмотреть последовательно: да, должна быть специализация. Кто-то умеет хорошо копать. Кто-то умеет хорошо думать и вообще делать выводы. Не кажется странным, что старые снаряды из земли выкапывают одни – экскаваторщики, а обезвреживают их другие – саперы; если бы экскаваторщики обезвреживали снаряды, копать траншеи стало бы некому. Но почему-то в научных кругах принято, что кто раскопал артефакт, тот и должен делать по нему выводы.

Иногда говорится о конфликте между «любителями» и «учеными». На самом деле никакого реального конфликта нет. И не будет, пока одни не знают правду, а другие боятся ее провозгласить. Пока что есть взаимосуществование. И когда процесс закончится, любителей как таковых уже не будет.

О «противостоянии» ученых и любителей написана не одна книга, и есть даже своя классика – Роберт Ваухоп «Потерянные племена и утонувшие континенты». Разоблачать существование Атлантиды – беспроигрышное дело. Но при подробном рассмотрении ситуация оказывается гораздо серьезнее, и «дело Атлантиды» оказывается с Атлантидой никак не связанным. И, касаясь противостояния, нужно заметить, что именно Лео Вайнеру, главному подвижнику теории афроцентризма, официальному и признанному ученому-лингвисту, принадлежат самые резкие нападки на «любителей». Возможно, так получается потому, что его самого часто принимают за «любителя».

Официальной науке стоит доверять не больше, чем альтернативщикам, а иначе, чем альтернативщикам. Альтернативщики в поисках своей правды часто притягивают факты за уши, но их происки видны невооруженным взглядом. Официальная же наука искажает факты изощренно, добавляя ложку лжи в бочку правды. Кроме того, у официальной науки есть серьезные поводы специально генерировать ложь, чего у альтернативщиков просто нет.

Сама ситуация, когда официальные исследователи после двух сотен лет исследований Древнего Египта не могут ничего сказать о его возникновении, вызывает подозрения. 99% критических замечаний в адрес Хэнкока посвящено его концепции Атлантиды в Антарктиде и древним картам; датировке Сфинкса посвящен от силы 1%, но именно критика последнего малосостоятельна, и именно последнее - главное.

ХХ век ознаменовался победой теории катастроф. Существование працивилизации у альтернативщиков перестало ставиться под вопрос, но о причине ее гибели так и не удалось договориться. Здесь и потоп, и падение метеоритов, и астероиды, и все 33 несчастья. Нужно заметить, что катастрофические теории были широко распространены в конце 19-го и начале 20-го века. Далее они были полностью опровергнуты и забыты. Но с развитием массового общества они почему-то вновь всплыли на поверхность, хотя ничего нового, кроме выводов из старых фактов, придумано не было. Сам этот возврат, сам его факт должен вызвать если не подозрения, то в крайнем случае должен насторожить: что-то не так.

Нужно сразу сказать, что в последние 22 тысячелетия никаких катастроф на Земле не происходило. В течение последнего миллиона лет не происходило сколь бы то ни было серьезных катастроф. Нет ни метеоритных кратеров, ни следов потопа, ни затонувших материков. А если территории и тонули, то со скоростью не больше 40 сантиметров в год – убежать от потопа возможность была. Точно так же была возможность уйти от ледника, благо двигался он чуть быстрее потопа.

Неизвестное событие, катастрофичное по природе, произошло 22 тысячи лет назад, после чего возникло задымление атмосферы, продержавшееся несколько тысячелетий. Но это задымление не сопровождалось ни серьезными землетрясениями, ни всемирным потопом. На численность человечества и на образ его жизни это событие не повлияло.

Цивилизации должны быть чем-то похожи - не зря же они называются одинаково - цивилизациями. Два самых грандиозных падения - это падения Римской и Российской империй. Но никаких катаклизмов, совпадающих с падением, не было. И только через пару тысячелетий появились специалисты, связавшие падение Рима с наступлением сахарских песков во 2 веке, и через такой же период времени появится концепция падения России в связи с загазованностью атмосферы в конце 20-го.

Концепция природного катастрофизма ложна от первого пункта до последнего. Но точно так же не вызывает доверия и официальная концепция. По первой працивилизация погибла от катастрофы, по второй ни працивилизации не было, ни катастрофы. Но ведь стены Иерихона стоят, Баальбек стоит, а катастрофы действительно не было. И працивилизация исчезла. Истина где-то между слов; может, это была невидимая невооруженным взглядом катастрофа?..

Уэст, Хэнкок, Бьювел – энтузиасты, и потому люди увлекающиеся. Им не достаточно совершить по одному открытию. И потому Уэст начинает искать всемирный потоп, Хэнкок указывает на працивилизацию в Антарктиде, а Бьювел выстраивает все пирамиды по карте звездного неба. И сразу получается что-то не так, сразу появляются сомнения в истинности гипотез. На самом деле достаточно одной эрозии Сфинкса до 7000 гг. до н.э., одного совпадения трех пирамид со звездами пояса Ориона в 10500 г. до н.э., одной ориентации Сфинкса на созвездие Льва в 10500 г. до н.э. В подобных исследованиях главное - уметь сказать "Стоп"; но в исследованиях индивидуальных, в противовес исследованиям групповым, сказать это слово некому. "Отпечатки богов" - это великолепно. "Зеркало Небес" - это уже некоторое излишество. Похожа ли схема камбоджийских храмов на созвездие дракона?.. Похожа, если с неба убрать другие созвездия; а если не убирать – то вряд ли. К тому же если выстраивать храмы по карте звездного неба, то нужно выстраивать их точно, что несложно сделать; а если выстраивать не точно, то лучше не выстраивать их совсем.

В литературе идти слишком далеко – это лучше, чем ходить кругами вокруг да около. Бьювел очень конкретен, но весьма скучен. Да, пирамиды являются земным отражением трех звезд пояса Ориона. Да, действительно, они ориентированы по звездам. Так что при всей конкретике вопрос не исчезает, а ставится - зачем они ориентированы по звездам. Но, с другой стороны, если бы Бьювел не выполнил своей скучной и тяжелой работы, не было бы фактического материала для дальнейших исследований.

В свое время Дейникен обратил внимание, что "что-то не так". Он предложил свою концепцию в книге «Колесницы богов», через десятилетия выглядящую несерьезно. Но это был прорыв, равный прорыву от земли плоской к земле круглой; прорыв касался не Атлантиды, не пришельцев, он относился к вопросу, что «что-то не так». Хэнкок тоже сказал, что "что-то было" - это можно сравнить с переходом от геоцентрической системы к гелиоцентрической в поисках необъяснимых сегодня явлений.

При сравнении с Бьювэлом Хэнкок - это просто разгул фантазии. Это интересно читать, но это только популяризация. Если иметь желание в чем-то разобраться, читать Хэнкока нужно одновременно с его оппонентами, представителями официоза, а именно с Питером Джеймсом и Ником Торпом. Нужно сказать, что самые принципиальные, самые главные находки Хэнкока эти оппоненты оспорить не смогли. Да и сами, похоже, наступили на «грабли Фоменко» с Героном Александрийским, т.е. приняли средневековые подделки за античные артефакты.

Книги Хэнкока приводят множество фактов, но не дают ответа на вопрос, каков смысл этих самых фактов. Как типичный пример можно предположить ситуацию с передатировкой Сфинкса и пирамид: действительно, временная привязка Сфинкса и горизонтов (так назывались пирамиды) являются отражением состояния неба, но привязка означает... только наличие совпадения. Да, "отпечатки богов" существуют.

Но не понятен смысл их функционирования; ведь если они хотели создать цивилизацию, им нужно было ее зачем-то создавать, и если уж «боги» были такими мудрыми, они должны были догадаться, каким кошмаром современной цивилизации их деятельность завершится. Вообще есть тенденция – чем более антинаучна концепция, тем на большее число вопросов она может ответить. Что нужно особенно отметить - Хэнкок спокойно относится к оппонентам, и обладает чувством здорового скептицизма по отношению к своим же идеям. Иначе было бы невозможно написать 400-страничную книгу о поисках Ковчега Завета, увенчавшихся тремя средневековыми деревяшками.

Большинство книг о поисках цивилизации в прошлом – это попытки систематизации накопленной информации. Но если бы информация была систематизировна правильно, то или працивилизация, или в крайнем случае «Атлантида» была бы найдена. Но результатом на данный момент можно назвать только полное отсутствие результата. Ранее говорилось о том, что нет разницы, кем именно сделана фотография... но у некоторых авторов даже фотографии оказываются весьма сомнительными – в силу «исчезновения» изображенных на них сооружений.

Существуют книги, посвященные поиску расшифровок и закономерностей. О поиске «священных чисел» в сооружениях и «пророчеств» в мифах можно сразу говорить, как о весьма популярной форме шизофрении. Но с другой стороны, именно в подобных книгах оказалось множество косвенных доказательств "конца света" в 3100 году до н.э. Опять-таки известно, что никаких катаклизмов в это время не наблюдалось. Но от множества доказательств этого "конца" просто так отмахнуться невозможно. И потому стоит разобраться, что именно дало авторам концепций смелость предположить "конец света" в это время.

Катастрофа была, потому что погибли цивилизации, и катастрофы не было, поскольку нет следов катастрофы. Под катастрофой обычно понимается глобальный природный катаклизм. Такое событие действительно должно было оставить после себя физические следы, которых нет. Выходит, что працивилизацию должно было уничтожить событие, катастрофичное по содержанию и незаметное по форме.

Сергей Морозов
Tags: Мнение, Человеческий мир
Subscribe
promo evan_gcrm март 28, 2018 19:35 141
Buy for 30 tokens
Основополагающим элементом, основным двигателем всей жизни, является репликатор. Скопированная информация - это и есть «репликатор». На Земле первый репликатор довольно бесспорный - это гены, или информация, закодированная в молекулах ДНК. Точнее это первый репликатор, о котором мы знаем.…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments